«Неважно, как молится человек, когда он рядом с тобой защищает родную землю, и ты доверяешь ему свою жизнь»

27.03.2019

11

13 марта муфтий ДУМУ «Умма» Саид Исмагилов посетил «Эмигрантская радио», где принял участие в передаче «Добрый день» с Татьяной Демьяненко.

Среди прочего, он рассказал об истории учреждения Военного капелланства мусульман Украины. Приводим отрывок рассказа:

— Когда в войне с РФ начали гибнуть люди, я еще оставался в Донецке, потому что до Иловайской трагедии все в Донецке верили, что город скоро будет освобожден. И тут мне из Сватово Луганской области звонят и говорят: «Муфтий, здесь мусульмане погибли, надо похоронить». Стоит отметить, что те люди при жизни очень серьезно относились к своей религии, выполняли ее предписания и не раз напоминали собратьям: если с ними что-то случится — их следует похоронить по мусульманской традиции.

Это было очень опасно: если бы сепаратисты знали, что я поехал к украинским военным, а затем вернулся, я точно попал бы «на подвал», и меня бы там пытали — это 100%. Это происходило каждый день, много раз: люди ежедневно попадали «на подвал», и их там действительно сильно пытали, со страшной изобретательностью.

Мы же нашли имама, который с неоккупированной территории приехал в расположение части и сделал все необходимое, но именно тогда я понял, что мы нуждаемся в украинском военном капелланстве, мусульманском — в то время в разных батальонах уже были тысячи мусульман, не только мужчин, но и женщин; лично знаю нескольких женщин, которые были и парамедиками, и медиками, и даже военными — некоторые из них до сих пор на войне, защищают Украину, — для удовлетворения их религиозных потребностей, а также для надлежащего и достойного проведения их в последний путь как человека, как воина, как защитника, если произойдет трагедия.

Когда я покинул оккупированную территорию и переехал в Киев, я поднял этот вопрос в нашем духовном управлении, и мы зарегистрировали Военное капелланство мусульман Украины — это официально зарегистрированная религиозная организация, которая занимается военными. Я — один из военных капелланов, и когда не очень занят духовной деятельностью в Киеве, то еду в зону АТО (теперь ООС. — Ред.). Там мы посещаем, с разрешения Генштаба, командования частей, подразделений, тех мусульман, которые защищают Украину. Мы общаемся, молимся вместе.

Очень важно выслушать человека, потому что у любого человека есть стресс на войне, и ему надо выговориться, посоветоваться, излить душу. Имам, в свою очередь, должен выслушать, дать совет, поддержать. Если человек ранен — ​​его надо проведать в госпитале; если человек погиб — его надо похоронить в соответствии с нормами нашей религии.

«Те, кто раньше говорил, что в Бога не верит, молились горячее всех»

— Там, где стреляют, на передовой, неверующих нет, — там все верующие. Мне рассказывал один мусульманин, когда они выходили из иловайского окружения — они вырывались на... БТР, кажется, на какой-то бронированной технике, точно не помню, — то пытались прорваться под страшным обстрелом. Он вспоминал, что даже те, кто раньше говорил, что в Бога не верит, — все молились. Молились и просили, чтобы другие, кто знает молитвы, тоже молились за всех.

Смерть справа и слева, убитые лежат прямо на дороге, и нет возможности их даже забрать, потому что если остановишься, тебя тоже убьют... Так вот, те, кто говорил, что в Бога не верит, молились громче других. В конце концов они вырвались. Их БТР подбили, но они полями вырвались из окружения и даже все остались живы.

«Там, на войне, все друг друга поняли»

— Знаете, когда я там бываю, вижу, что в таких действительно тяжелых обстоятельствах, когда человек понимает, что от него ничего не зависит, он возлагает всю надежду на Бога. Потому что никто, кроме Бога, человека не сможет защитить, когда уже нет никакого спасения, нет никакого выхода. И знаете, правда, и Майдан, и война родили новое украинское общество. Если раньше у людей было какое-то отделение, настороженность к человеку другой веры, к украинцам других религиозных убеждений, то там, на войне, все друг друга поняли. Потому что неважно, как молится человек, на каком языке молиться — если он рядом с тобой защищает родную землю, ты доверяешь этому человеку свою жизнь, и знаешь, что этот человек тебя не предаст и прикроет в тяжелую минуту. Этот человек становится дорогим и близким, и уже неважно, что он исповедует — важно, что он становится твоим побратимом.

«Что бы нас ожидало, если бы Майдан проиграл? Россия бы нам никогда этого не простила»

— Так же, как на Майдане в самые страшные дни, когда он горел, и гибли люди, христиане, мусульмане, люди других взглядов бок о бок пытались защитить и спасти не только себя, но фактически всю Украину. Что бы нас ожидало, если бы Майдан проиграл? Было бы даже хуже, чем в других странах, потому что Россия бы нам никогда этого не простила. Если бы она имела власть над Украиной — она ​​бы нам никогда не простила, что мы имели силу воли, имели достоинство и мужество сказать «нет», — и так же на войне, совершенно так же на войне! Когда мы защищаем себя, то рождается новое украинское общество.

«Я хотел бы спросить политиков, пугавших мусульманами остальных украинцев: не стыдно ли им?»

— Я общался с военными, крымскими мусульманами, которые после оккупации покинули полуостров, потому что не хотели переходить на службу России. Это преимущественно крымские татары, настоящие воины, до сих пор находящиеся там, на войне, и теперь даже мечтающие, что будут освобождать Крым — именно поэтому и не демобилизуются. Уже пять лет эти люди ждут часа, когда будут освобождать Крым!

Они говорят: «Мы первыми пойдем освобождать нашу землю, нашу Родину». И они рассказывали: «Если бы был (в феврале-марте 2014-го. — Ред.) приказ... да хоть голыми руками сражаться — мы бы вышли и сражались. Мы бы использовали все то оружие, которое у нас было, хоть его и было немного».

Но приказа не было, не было и оружия, поскольку действительно оказалось, что в Крыму никто не был готов защищаться от России прежде всего. Нам [всегда] рассказывали, что нас нападет какое-то мнимое НАТО, всегда в Крыму пугали исламскими террористами. Говорили, что полуостров захватят страшные мусульмане и будут убивать всех. На практике «страшные мусульмане», которыми пугали, больше всех хотят защищать Украину и освобождать Крым.

Я бы хотел спросить политиков, пугавших мусульманами остальных украинцев: не стыдно ли им, что они на своих сограждан, украинцев, говорили, что те являются террористами, негодяями?

Ими пугали всю Украину, а именно эти люди первыми защищают Украину и борются за восстановление украинского суверенитета, в том числе в Крыму.